Единая информационная служба
+7 (8182) 21-61-07

Дипломатический успех или экономическое поражение России: Норвегия и Россия поделили Арктику

Дипломатический успех или экономическое поражение России: Норвегия и Россия поделили Арктику

Россия и Норвегия в ближайшее время обменяются ратификационными грамотами в связи с вступлением в силу федерального закона «О ратификации Договора между Российской Федерацией и Королевством Норвегия о разграничении морских пространств и сотрудничестве в Баренцевом море и Северном Ледовитом океане», принятого Государственной Думой 25 марта этого года, одобренного Советом Федерации 30 марта и подписанного главой российского государства Дмитрием Медведевым 9 апреля. Договор вызвал неоднозначную реакцию в России. Ряд экспертов высказывает мнение, что он наносит экономический ущерб российскому государству.

Договор, который был подписан 15 сентября прошлого года в Мурманске, завершил продолжавшийся с 1970 года процесс делимитации морского района в Арктическом бассейне общей площадью около 175 тыс. кв. км.

Документ определил линию разграничения, которая делит весь спорный район примерно на две равные части. При этом наибольшая часть южного участка этого района, считающегося перспективным в плане углеводородных запасов и имеющего особое значение для отечественного рыболовства, отошла России.

Договором также предусмотрена уступка Норвегией России специального района в центральной части Баренцева моря площадью 3,4 тыс. кв. км, на который распространен режим российской исключительной экономической зоны.

В договоре определены принципы сотрудничества в освоении месторождений углеводородов. В частности, месторождение, пересекаемое линией разграничения, имеет статус трансграничного, говорится в документе, и может эксплуатироваться только на основании соглашения как единое целое. С подписанием документа был прекращен 40-летний мораторий на разработку нефтегазовых месторождений арктического континентального шельфа

По мнению главы государства Дмитрия Медведева, договор приведет к «углублению взаимодействия между арктическими государствами». Он также отметил, что документ о российско-норвежских морских границах был тщательно проработан и отразил «баланс интересов по всем сферам сотрудничества».

За и против

Ряд российских экспертов считают, что данный договор может нанести экономический ущерб Российской Федерации. По мнению критиков договора, Россия отдала соседу крупнейший промысловый район в интересах «Газпрома», который не имеет собственных технологий разработки месторождений в Баренцевом море и Северном Ледовитом океане и рассчитывает получить их у норвежцев. В частности, норвежская Statoil планирует разрабатывать Штокмановское месторождение.

Как считает член президиума ЦК КПРФ, секретарь ЦК КПСС по международным и экономическим связям Леонид Калашников, в связи с вступлением договора в силу российские рыбаки потеряют «до 60% улова в этом бассейне», что спровоцирует появление «десятков тысяч новых безработных».

«Но даже с точки зрения расширения российской добычи углеводородов этот договор ущербен, — отмечает Леонид Калашников. — Крупнейшим месторождением в Баренцевом море является свод Федынского. Если бы Россия продолжала отстаивать раздел шельфа по границе своих полярных владений, то все это гигантское месторождение могло бы быть российским. Но мы соглашаемся с тем, что половина этого месторождения отходит Норвегии». Он уверен, что территориально-ресурсная уступка ставит под вопрос реализацию Штокмана: «После того как Норвегия начнет разработку уступленных ей месторождений и свода Федынского, интерес норвежцев да и других потенциальных иностранных партнеров к Штокмановскому проекту упадет до нуля».

Другие же аналитики уверены в том, что это соглашение выгодно нашей стране. По словам заведующего Центром сравнительных социально-экономических и социально-политических исследований Института мировой экономики и международных отношений РАН, профессора Никиты Загладина, «в России слабо развиты технологии даже для добычи углеводородов на малых глубинах, не говоря уже о средних. А норвежцы успешно начинают бурить даже на больших глубинах». «И если не норвежцы помогут нам осваивать арктические богатства, то кто? — отмечает профессор. — В мире насчитывается очень немного держав, которые бы могли в этом отношении сравниться с Норвегией. Более того, я даже не могу сказать, когда у нас вообще могут появиться такие технологии. И поэтому у нас просто нет выхода, кроме как дружить с норвежцами».

Во-вторых, Никита Загладин считает, что Норвегия демонстрирует себя в переговорах с Россией достаточно гибким партнером — в отличие от всех остальных претендентов на дележ арктических богатств. И, по его словам, она это доказала тем, что все же «подписала с нами договор относительно дележа спорных районов». «И условия разграничения были достаточно справедливыми», — подчеркивает Никита Загладин.

Другой эксперт, доктор исторических наук, профессор Северного (Арктического) федерального университета Юрий Лукин, также придерживается мнения, что ратификация договора выгодна России. «Мы провели четкую границу по территории спорного района, который никому не принадлежал, — говорит он. — Когда говорят, что мы что-то теряем, это неверно. Я разделяю точку зрения председателя комитета по международным делам Госдумы РФ Константина Косачева, который справедливо заявляет, что терять можно то, что имеешь. Если район не принадлежал никому, а сейчас мы его поделили, то мы ничего не потеряли, а наоборот — приобрели».

Профессор отмечает, что Баренцево море гораздо больше, чем спорный район, и к России «отходит 860 тысяч кв. км, в то время как у Норвегии остается около 510 тысяч». Поэтому норвежцы тоже могут проявлять недовольство, что море не разделено поровну.

«Естественно, каждая страна по-своему понимает свои национальные интересы и по-разному реализует идею многосторонней арктической солидарности, — подчеркивает Юрий Лукин. — И все же я убежден, что у Северной Европы и России в ХХI веке появляется неплохой шанс для мирного и взаимовыгодного решения проблем освоения природных ресурсов Арктики. Заключив договор, Россия и Норвегия продвинулись еще на один шаг в правильном направлении — по мирному пути, а не военно-политическому».

Договор подписан и не может быть изменен в одностороннем порядке. Так в данном случае лучше иметь геополитическое сотрудничество, чем геополитическую конфронтацию.

Олег Соловьев




Возврат к списку