Единая информационная служба
+7 (8182) 21-61-07

Ласси Хейнинен: Нужно уважать арктическую природу

Ласси Хейнинен: Нужно уважать арктическую природу
14.11.2013
Ласси Хейнинен: Нужно уважать арктическую природу

Профессор Лапландского университета Ласси Хейнинен занимается темой северной геополитики уже не одно десятилетие. На днях он приехал в САФУ, чтобы прочитать лекции о международных отношениях в Арктике, регионализме, истории освоения циркумполярного региона.

— Господин Хейнинен, Вы не впервые в России?

—  Я бывал в России много раз, даже не считал специально. Когда в последний раз оформлял визу, то у меня тоже спросили количество визитов в страну. Тогда я указал, что приезжал сто двадцать раз.

Впервые приехал в середине 1970-х в Ленинград. Я был очень молод, и это была туристическая поездка в составе молодежной группы. Ленинград находится не так уж далеко от Хельсинки, но я запомнил, насколько все в Советском Союзе отличалось от Финляндии. Не скажу, что меня это прямо шокировало — я многое знал об СССР, но смутило основательно. К тому же Ленинград — крупный город, а мой родной городок (Пори, в западной части Финляндии) большими размерами не отличался.

Я был активистом в молодежной организации, мы сотрудничали с комсомолом и даже встречались с комсомольскими лидерами. Действительно интересно было посмотреть на советскую систему. Даже обычное посещение советского магазина и покупка там чего-либо без знания русского языка — всегда было забавным приключением.

В Архангельске я впервые побывал в 1994 году. В то время мы налаживали отношения с Поморским государственным университетом. Я приехал сюда и прочитал несколько лекций. Для меня чтение лекций иностранцам — это вообще главный стимул для путешествий. Системы, культуры, студенты отличаются, и для меня это всегда является новым открытием. Да и для студентов полезно познакомиться с иностранным преподавателем из другого университета.

— Ваши впечатления о России сильно изменились с момента первого визита?

 С одной стороны, они сильно изменились, ведь очень многое поменялось. С другой стороны — это та же Россия. И люди здесь живут те же; поведение у них, конечно, другое, но менталитет принципиально не изменился. Главная перемена в них — они стали свободнее, более открыто выражают свое мнение, раньше система делала их закрепощенными, изолированными, что было не очень хорошо.

— А как Вам русские студенты?

 Русские студенты — очень умные, хотя иногда слишком стеснительные. Но когда они чувствуют себя уверенно, то с ними интересно дискутировать. Недавно я читал лекции в летней школе для студентов в Петрозаводске, там были и студенты из разных европейских стран. У финских студентов всегда вызывает удивление большая активность русских ребят. Русские хорошо знают английский и в рабочих группах очень много общаются.

— Вы преподаете студентам из разных стран. Готовите отдельные лекции для каждой страны или читаете всем одно и то же?

 Нет, одни лекции для всех. Некоторые могут упрекнуть меня в лености, но на самом деле главную роль играет уровень студентов. Если нужный уровень есть, то лекции пройдут удачно. Но я всегда использую контекст того места, куда приехал. Например, в Архангельске я спрашиваю у студентов, какую роль их город играет геополитически. Пусть подумают, порассуждают об этом. Приеду в Исландию — буду спрашивать про Исландию.

— Вы участвовали в специальном этапе эстафеты Олимпийского огня на Северный полюс. Каковы впечатления?

 Это было уникальное событие в моей жизни. Очень чарующее. Я сам нес факел, был представителем Финляндии на таком мероприятии. На полюсе очень темно — там полярная ночь. Причем технически мы вроде бы знали об этом, но не представляли себе, что это значит на самом деле. Пять дней во время путешествия была сплошная ночь. Хотя, когда мы несли огонь через Северный полюс, путь нам освещали прожекторами. На самом деле, немного абсурдные ощущения у человека на полюсе: Север, лед и темнота.

— Будете следить за Олимпиадой в Сочи?

 Да, за некоторыми дисциплинами. Но я, наверное, в это время буду в Калифорнии, так что все зависит от того, что будут показывать. Вообще из спорта мне нравится атлетика (беговые состязания), футбол. Хоккей тоже могу посмотреть, например, матч Финляндия–Россия.

— Какова роль России в циркумполярном регионе?

 Территориально Россия занимает очень большую часть Арктики, и русские провели в Арктике много исследований. Так что для вашей страны важно внести свою роль в международные отношения, когда речь идет о науке и высшем образовании.

— А не превратится ли развитие Северных земель в «деление шкуры неубитого медведя»? Все-таки условия в этом регионе суровые и добывать там ресурсы дорого.

— Если речь идет о науке, то тут сомнений быть не может. Нужно дальше совместно трудиться в этом направлении, узнавать новое, ведь наука всегда важна. Если речь о развитии инфраструктуры, то, конечно, хороший вопрос — какие территории Арктики стоит развивать и заселять. Хотя в советские времена инфраструктуру там строили на пользу всей стране. И не сомневались ни в чем.

Развитие Арктики — это инвестиции. Когда вышел «Arctic human development report» в 2004 году, я там был одним из главных авторов. Мы подсчитывали продуктивность арктического региона и обнаружили, что регион доходный, инвестиции окупаются в несколько раз, минимум в два раза. Иногда больше — в два-три раза, везде ситуация разная. У нас раньше не было этих цифр, мы этого просто не знали!

— Но оправдывает ли эта прибыль возможные риски нанесения вреда арктической природе?

—  В этом плане должен соблюдаться баланс, нужно уважать природу. Здесь сомнений быть не может. Например, если бурение скважин на море очень опасно для природы, то его не стоит даже затевать. И я считаю, что для этого у нас пока нет подходящих технологий, риск слишком велик. Бурение на море следовало бы отложить, люди к этому пока не готовы.

В наши дни экономика зачастую берет верх над политикой, и в Арктику экономика тоже приходит первой. Более того, в отдельных странах не всегда существуют политические механизмы контроля экономических организаций, в том числе нефтедобывающих компаний. Но арктические государства сотрудничают при содействии Арктического совета и всегда могут прийти к соглашению по определенным вопросам.

При необходимости могут прийти к более жестким правилам охраны окружающей среды, и потом страны эти правила ратифицируют, вносят их в свое законодательство. Хотя это дело каждой страны — идти на такой шаг или нет. И когда речь идет, например, о разработке морских месторождений, то страны сомневаются, подсчитывают возможную прибыль. Даже Финляндия колеблется в этом вопросе, хотя у нас нет Арктического шельфа, но для нашего бизнеса было бы очень выгодно продавать технологии бурения скважин.

Экономика всегда в приоритете. Природе, к сожалению, уделяется меньше внимания.

— А чего хотят от Арктики страны, у которых совсем нет северных территорий? Китай, например.

 Просто Арктика стала очень важна в мировой политике. Поэтому многие страны просто хотят знать, что с ней происходит. Они хотят узнавать такие вещи сами, а не читать о них со страниц газет или журналов. И им хочется быть там, где обсуждаются вопросы, связанные с Арктикой.

Может быть, на начальном этапе они даже не участвуют в обсуждении этих вопросов. Во время своей лекции я упомянул Арктическую конференцию в Сингапуре. Ранее подобные конференции прошли в Индии, Китае и Японии. Эти страны действительно хотят больше узнать. Китай, например, рассматривает возможность транспортировки грузов, хочет сократить расстояние доставки грузов между Китаем, Европой, Америкой.

Еще эти страны интересуются вопросами изменения климата. Эти изменения влияют на тот же Китай, его сельское хозяйство. Китай даже создал собственную научно-исследовательскую станцию на Шпицбергене.

Возврат к списку