Единая информационная служба
+7 (8182) 21-61-07

Николай Портянко: «Награда — признание моей работы в комиссии»

Николай Портянко: «Награда — признание моей работы в комиссии»
05.07.2012
Николай Портянко: «Награда — признание моей работы в комиссии»

Профессор кафедры административного и финансового права САФУ, государственный советник юстиции III класса Николай Михайлович Портянко — обладатель множества престижных наград. Чего стоит — заслуженный юрист РФ, престижный международный орден «Крылатый лев», Орден Михаила Архангела и высшая награда Министерства юстиции России — Медаль Анатолия Кони. Кроме того, в 25 лет он стал самым молодым судьёй областного уровня в СССР. 12 апреля в послужной список Николая Михайловича добавилась еще одна важная награда — Благодарственное письмо президента России за большой вклад в обеспечение конституционных прав граждан. В интервью для сайта САФУ профессор рассказал о почетной награде, студенческих годах и профессиональной карьере.

— Николай Михайлович, с какими чувствами вы приняли награду?

— К любой награде, как мне представляется, надо относиться уважительно и благодарно. Я имею честь последние 10 лет возглавлять комиссию по помилованию в Архангельской области. Эта награда — признание моей работы в комиссии.

— Вы заместитель председателя Архангельской региональной национально-культурной автономии «Украинцы России». Чем вы занимаетесь на этом общественном поприще?

— Я родился и вырос на Украине и с любовью отношусь к своей Малой родине. Всё, что мы делаем, направлено на сохранение нашей культуры и языка, гармонизацию межэтнических отношений. У нас изумительная самодеятельность, причём на традиционном Северном межнациональном форуме мы всегда позиционируем себя как самая многочисленная диаспора Поморья.

— Как вы успеваете совмещать преподавательскую деятельность в САФУ и общественную работу? Как у вас это получается?

— Я преподаю не только в САФУ, но и в других вузах Архангельска. Конечно, многому меня научила государственная служба. Вольно или невольно она учит тебя дисциплинированности, аккуратности и обязательности. Не в упрёк своим коллегам, но в университете некоторые сотрудники и преподаватели позволяют себе вольности в работе. Я объясняю это особой университетской корпоративной средой, которая даже в советские годы была весьма демократична. Такие вольности в той среде, где я сформировался и как личность, и как профессионал, не допустимы. Благодаря государственной службе я научился ценить время — это величайшая ценность, и, как правило, на его недостаток жалуются люди, которые не умеет рачительно его использовать.

— Стараетесь планировать своё расписание наперёд?

— Раньше, в молодости, у меня была очень крепкая и сильная память. Я никогда ничего не записывал и никогда ни о чем не забывал. Сейчас я уже не полагаюсь на неё, а всё записываю в ежедневник. Перед сном каждый вечер я заглядываю в него и планирую свой будущий день, дифференцирую время, сейчас, в этом возрасте.

— Как сразу поняли, кем хотите быть по профессии? Насколько легко вам было определиться с поступлением?

— Я осознанно стал юристом. Когда я учился еще в школе, моя сестра уже окончила Харьковский юридический институт, и профессия юриста у нас семейная. Я помню, что еще в годы её студенчества взахлёб читал учебники по юридическим дисциплинам. Для меня не стоял вопрос куда поступать. Интересно, что в те годы профессия юриста была не в фаворе. Тогдашний первый секретарь Никита Хрущёв сказал: «Зачем нам нужны юристы, мы через 20 лет последнего преступника выставим в качестве музейного экспоната на всеобщее обозрение». На юристов смотрели как на отживших свой век специалистов. И в семье возник спор насчёт моего будущего, родители убеждали, что я не смогу содержать семью. Поэтому вначале я поступил на физмат и только потом перевелся на юридический факультет Ташкентского госуниверситета, а чуть позже Ленинградского госуниверситета. Так я пришёл к тому, к чему стремился.

— С каким эмоциями вы сегодня вспоминаете свои студенческие годы?

— Это были изумительные годы. Одним мазком невозможно охарактеризовать целый период моей жизни и жизни огромной страны. В советское время не всё было плохо. Например, когда я перевелся из Ташкента в Ленинград (сегодня Санкт-Петербург), каждую среду в общежитие приходили известные музыканты — Эдуард Хиль, Эдита Пьеха, Майя Кристалинская, композитор Александр Колкер. Все было бесплатно для студентов. Сейчас, к сожалению, этого нет. Стипендия была 50 рублей, на эти деньги можно было 100 раз сходить хорошо пообедать. Когда нужны были деньги, я одевал рабочую одежду и шел работать докером в порт или электриком. Я не знал никаких проблем, за все годы я ни разу не просил у родителей денег.

— Когда бывший губернатор Илья Михальчук публично заявил об идее создания общественной палаты, вы были одним из первых, чью кандидатуру он предложил в качестве кандидата. Совсем недавно закон об общественной палате был принят, сегодня вы готовы войти в состав этого общественного органа?

— Я один из разработчиков регионального закона об общественной палате. Я так воспитан, что любое предложение воспринимаю с благодарностью, если только внутренне убеждён, что оно мне по силам. Если мне будет доверена такая почётная миссия, я сделаю все, чтобы людям, которые меня рекомендовали, не было стыдно. Думаю, что я не буду там пустым местом. Я считаю, что туда должны обязательно входить люди образованные именно в области юриспруденции.

— Николай Михайлович, чем вы занимаетесь в последнее время?

— Буквально на прошлой неделе вышел в свет учебник, подготовленный мною в соавторстве с Владимиром Троповым. Это мой ученик, работает в УФСИН начальником организационного отдела, у него два высших образования — врач психиатр и юрист в одном лице. Издание интересно тем, что в нём есть уникальные главы по психологическим аспектам терроризма и коррупции. В планах подготовить учебник по пенитенциарной психологии.

Возврат к списку