1. «Две стихии».

Практически для всех Соловки начинаются именно так: небо и море. Или море и небо… Сложно определить, что именно из них главенствует. Они вечны и неизменны. Они были до нас, они сопровождают нас сейчас, они будут после нас. Они переменчивы и непостоянны. Яркое солнце и синие волны в одну минуту превращаются в свирепый шторм. Одно из них всегда отражает другое. Они едины и неразрывны, и только у самого горизонта нарушается целостность, и из воды вырастает монастырь, серебристым лемехом церквей задевая небо…

2. «Полет над вечностью».

Все именно так: узкая полоска суши, теплый шероховатый камень монастырских стен и с двух сторон вода, с одной стороны – Святое озеро, с другой – Белое море.
Светлость белёных стен храмов, купающих свои маковки в облаках. Здесь все равны: молчаливые монахи, паломники и обычные туристы. Люди, глубоко верующие, и те, кто доселе считал себя атеистом. Равны в своей причастности к святости этого острова, к монастырю, глядя на который неизменно удивляешься, что это творение рук человеческих (а может, и не только человеческих) действительно существует, что это не мираж и не сон.

3. «Вдохновение».

Здесь каждый – ребенок, впервые осознавший безграничность этого мира, ощутивший в этом маленьком острове непостижимость и необъятность пространства. Здесь в каждом движении, каждой капле дождя, травинке и камне невероятно сильная в то же время спокойная энергия, которую другие назвали бы Богом. «– Так что же ты стоишь? – Лети!»…

4. «Граница».

Хрупкая грань между морем и сушей, тучами и солнцем, светом и тьмой, добром и злом. Две ипостаси острова: монастырь и лагерь. Вечный спор жизни и смерти: Что победит? И каждый сам ищет в себе ответ на этот вопрос.

5. «Луч света».

В моем ответе пусть будет солнце.

6. «Три солнца в Белом море».

Пусть будет три солнца: одно солнце - в закатном небе, другое – в остывшем море и третье солнце – в сердце каждого человека.

7. «Созерцатель».

Местный житель, наблюдающий закат. Кто знает, быть может, ему доступно нечто большее, нежели нам…

8. «После грозы. Крестильня».

9. «Радуга над миром».

Умытый дождем остров рождает радугу, рождает надежду и веру. В счастье.

10. «Безмолвие».

Заяцкие острова. Действительно полнейшая тишина. Почему-то именно здесь сильнее всего ощущается дыхание лагерного времени. Тысячи жизней и судеб, оборвавшихся в этом месте. Прикрываю рукой пламя свечи. Скорбим…

11. «Домовый храм. Остров Анзер».

Домовый – от слова «дом». По-другому не скажешь, там именно дом…

12. «Береза на склоне горы Голгофа».

Возможность просто поверить в чудо.

13. «Цветы на камнях. Развалины Свято-Троицкого скита, о. Анзер».

На разрушенных храмах вырастают цветы… Как свидетельство жизни: храм не может умереть.

14. «Мне снились лошади…».

На Соловках совершенно другое время. Кто скажет, из какой эпохи эта картинка? В голову приходят только строки из не.дописанного когда-то стихотворения:
Мне снились лошади.
Большие, сильные, красивые.
Мне снились лошади.
С густыми спутанными гривами…

15. «По дороге солнца, катер «Святитель Николай».

Практически для всех Соловки заканчиваются именно так: небо и море. Маленький катер уходит по сияющей солнечной дорожке, увозит с собой людей, оставшихся прежними и кардинально изменившихся, хранящих внутри себя частицу острова, монастыря, чуда, Бога… Закрываю глаза и шепотом произношу: «Я обязательно вернусь…»